За морошкой…

За морошкой…

Идём следом за эвенкийскими женщинами из села Иенгра. Идём не на прогулку, а к месту, где на спрятанном от людских глаз моховом болоте, растет одна из самых редких и загадочных для нашего Нерюнгринского района ягода — морошка.

Не нужно путать с северными улусами, в тундре морошки много, и там она настоящая хозяйка. Всегда удивляет способность эвенков без карт и навигаторов, без троп, без видимых дорог очень надежно, очень уверенно ориентироваться в тайге.

Тропинка, по которой двигался наш маленький отряд, быстро растворилась в зарослях тальников, ольхи и северной лиственницы.

Пришлось шагать без тропы, просто так, в восточном направлении. Стараюсь максимально запомнить путь, чтобы потом вез приключений вернуться назад, к брошенной на лесной стоянке машине.

 

Путь оказался не утомительным. Густой лес скоро расступился, и отрылся взору нетипичный для Южной Якутии пейзаж — как будто мы всего за двадцать минут попали из тайги в тундру. Здесь, на заболоченной мари, растут низкорослые крученные на всех морозах и ветрах лиственницы.

Деревья упорно выживают на покрытом мхами месте. Блестят на солнце лужицы воды, величиной не больше развернутой тетради. И везде, где видят глаза, горят оранжевые и ярко желтые огоньки ягоды морошки.

 

Сегодня проводником у нас оказалась известная в Нерюнгринском районе народная мастерица из села Иенгра

— Елена Плотникова. Прошагав не длинный путь, таёжница легко вздохнула: «Прибыли». Умелой рукой повязала на высоту вытянутой руки белый платок, этим знаком обозначила место стоянки. «А сейчас собирайте, ягод на всех хватит», — подтвердила ягодница. Наклонившись к земле, все сборщики разбрелись по ягодному полю. Глядя на эту картину, припомнилась притча, что Россию может наклонить только картошка. Про себя подумал: «и морошка».

Сначала срываю горсть спелых, налитых сладким соком ягод, вдыхаю ни с чем не сравнимый запах тундровых плодов. Трудно описать чудный запах северных ягод, ни один парфюмер, наверное, не сможет повторить то, что создала природа — здесь и дыхание тайги, и этой безбрежной моховой мари, шелест свежего ветра, приятной сладости. А вкус, он замечательный: будто каждую крупинку ягодки накачали жидким сладким сиропом.

 

После первой дегустации пробую описать хозяйку местной тундры: похожа на малину, только желтая и растет не на кустах, а на моховой кочке. Весь кустик высотой не больше десяти сантиметров, чаще всего стелется по растительному ковру. Каждая крупинка наделена мелким, спелым твердым зернышком. Уверен, что от этого её так любят куропатки и глухари. Морщинистых зеленых листьев на кустике — не больше трех-пяти.

Спелые ягоды легко опадают, полузрелые держатся крепко, будто приклеены к зеленой звездочке-плодоножке. Множество раз в начале июня, чавкая сапогами по марям, приходилось видеть разбросанные по мху белые цветы. Знал, что это цветёт морошка, но только сейчас мысленно связал ниточкой неброские цветы, а потом ягодки Вообще, чтобы собирать любые таёжные ягоды, нужен особый настрой и терпение.

Всегда удивляюсь, как из плода размером чуть больше горошины наполняется за день целое ведро. Тот, кто заготавливает северный урожай ведрами, совершает трудовой подвиг. Больше часа хожу по ягодным таежным грядкам. Морошка не на всех кочках одинаковой зрелости. Одна, которая покраснее — твёрдая и отрывается со звездочкой-плодоножкой. Поэтому трачу много времени, чтобы ягодку отделить от стебелька. А та, которая совсем янтарно-жёлтая, нежная и легко давится в ладонях, обливая пальцы сладким липким соком. Как её на дальнем севере собирают бочками, мне не понятно.

Между тем таёжницы, весело разговаривая, подтягиваются к биваку с полными ведерками. Урожай у ягодниц собран отборный — ягодка к ягодке, не мятые, высшего сорта. Наполненная до верху посуда светится янтарным цветом. После небольшого перекуса получаем мастер-класс от опытных сборщиков.

 

Здесь всё не так просто. Каждую ягодку берут двумя руками: одной придерживают стебелек, другой сковыривают плод с плодоножки. И вот она ровненькая скатывается в ладонь. Настоящее искусство! Ни сразу усвоил я этот урок от профессионалов, но после лекции дело пошло намного быстрее. К полудню таежницы собрали по второму ведерку, а мы с женой по первому трехлитровому бидончику. Но это для нас уже настоящий ягодный подвиг.

По прогнозу день ожидался хмурым и дождливым, но в этом раз метеослужба ошиблась. Хмурое небо к обеду растянуло, по небу загуляли веселые облака. Вся наша не шумная компания усердно трудилась на ягодном поле. Отличное место, стоит разогнуть спину и всех видно: никто не аукает, не ищет потерявшихся товарищей. Как говорят — все чинно и по-таёжному благородно.

 

Для таежниц ягоды — это достаток в дом, для нас познание опыта и ещё одной грани таёжного промысла. Прожить больше сорока лет в Южной Якутии и не вкусить морошковую радость, было бы не честно. Весь день с остановками, с хрустом спины, под звуки комаров над ухом, провели на ягодном месте, в полной мере вкусив радость таёжного труда. Посуда на удивление наполнилась даже у нас. Перед отбытием из леса составили вместе наполненные ведра ударного труда — получилась роскошная картинка нашего благодарного северного лета.

 

 

Юрий Коковин, фото автора

«Индустрия Севера», Нерюнгри
Подробнее: https://ulus.media/article/68318

Написать комментарий

3 × 1 =

  • һ
  • ө
  • ҕ
  • ү
  • ҥ
  • ӫ
  • w
  • ӧ
  • ӄ
  • ԓ
  • ӈ
  • ʼ