Лена Иванова: «Земли предков сохраняем для потомков»

Лена Иванова: «Земли предков сохраняем для потомков»

Глава администрации Оленекского эвенкийского национального района Якутии Лена Иванова рассказывает об опыте создания территорий традиционного природопользования.

 

Оленекский район Якутии провел уникальное мероприятие. Здесь прошел первый форум территорий традиционного природопользования (ТТП) коренных малочисленных народов Севера Республики Саха (Якутия). Участие в нем приняли ведущие эксперты со всей страны. Ожидается, что мероприятие станет ежегодным. О том, зачем якутский муниципалитет собирает специалистов по традиционному природопользованию и как достичь компромисса на землях исконного проживания коренных народов с добывающими компаниями, рассказала «КМНСОЮЗ-NEWS» глава администрации Оленекского эвенкийского национального района Якутии Лена Иванова.

 

 Лена Степановна, как возникла идея провести форум? Как формировалась программа?

– Наша команда задумала такой форум еще в конце прошлого года. Основная цель – наметить дальнейшие пути развития ТТП, как говорится, сверить часы, актуализировать свой опыт в вопросах традиционного природопользования.

Наша команда задумала такой форум еще в конце прошлого года. Основная цель – наметить дальнейшие пути развития ТТП.

В частности, мы намеревались получить экспертную оценку наших разработанных документов, например, Устава муниципального автономного учреждения «Дирекция ТТП «Оленекская», «Дорожной карты взаимодействия промышленных компаний и коренных малочисленных народов Севера на территории традиционного природопользования и традиционной хозяйственной деятельности КМНС Оленекского эвенкийского национального района», «Порядка выдачи разрешений на право нахождения на территории традиционного природопользования КМНС Оленекского эвенкийского национального района Республики Саха (Якутия)», «Правил поведения на территории традиционного природопользования КМНС Оленекского эвенкийского национального района Республики Саха (Якутия)».

Также обсуждалось и само создание исполнительного муниципального органа – дирекции ТТП. Ранее решением главы муниципального района Иванова Александра Степановича несколько лет плодотворно работал координационный совет ТТП, это была общественная структура. Сейчас мы решили, что настала пора иметь отдельную структуру, которая может координировать работу по функционированию ТТП, по контролю и охране ТТП, упорядочению объектов культурного наследия на ТТП, по созданию действенного взаимодействия между промышленными компаниями, органами власти, с общественностью.

В рамках форума представители науки, эксперты по экономике и праву проанализировали наши документы, поделились своими наработками, рассказали о новых юридических практиках в области ТТП. Программу мы формировали так, чтобы на каких-то практических примерах можно было обсудить самые знаковые вопросы, касающиеся традиционного природопользования. Считаю, что все получилось.

В рамках форума представители науки, эксперты по экономике и праву проанализировали наши документы, поделились своими наработками, рассказали о новых юридических практиках в области ТТП.

 

 Какова дальнейшая судьба инициатив, озвученных участниками форума?

– По итогам форума принята резолюция. Она будет направлена главе Республики Саха (Якутия), в Государственное Собрание Якутии (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия), Правительство Республики Саха (Якутия) и Ассоциацию коренных малочисленных народов Севера Республики Саха (Якутия). В резолюции мы прописали наше видение вопросов развития территорий традиционного природопользования, ведь перед нами стоит задача – земли предков сохранить для потомков, чтобы на этих территориях был порядок.

 

 Расскажите, пожалуйста, о ситуации с ТТП в Оленекском районе.

– В 2003 году мы первыми в республике создали ТТП «Оленекская». Это был титанический труд председателя Совета депутатов (Суглан) Елены Голомаревой, главы Оленекского района Прокопия Николаева. В 2013 году главой Оленекского района стал Александр Степанович Иванов. Учитывая современные реалии, он решил, что ТТП нужно ставить в Единый государственный реестр недвижимости. В 2015 году после межевания, кадастровых и землеустроительных работ первые четыре ТТП, включающие четыре наслега района, получили кадастровые номера. Александр Степанович не остановился на этом, он еще добился того, что вся территория района получила статус особо охраняемой природной территории и вошла в республиканский реестр ООПТ. Таким образом, на данный момент вся территория района, а это 318 тысяч квадратных километров, является одновременно и ООПТ, и ТТП.

На данный момент вся территория района, а это 318 тысяч квадратных километров, является одновременно и ООПТ, и ТТП.

И вот после всех этих перипетий, когда территория стоит на кадастровом учете, оформлены все документы, любой российский недропользователь видит особый статус наших земель, возникает вопрос: а что делать дальше?

Понятно, что все эти земли – это исконная среда обитания коренных малочисленных народов Севера, что нам Конституцией Российской Федерации гарантировано право по защите наших земель и мы имеем возможность заниматься здесь традиционными видами хозяйствования. Но как взаимодействовать с теми, кто приходит на эту территорию?

На самом деле никто ни на федеральном уровне, ни на республиканском не знал, как действовать дальше.

Тем временем в моей семье произошло печальное событие – скоропостижно скончался мой младший брат Александр Степанович Иванов, глава Оленекского эвенкийского национального района. Спустя время земляки вышли на меня с предложением возглавить район. Я около четырех месяцев не соглашалась, поскольку на тот момент была Уполномоченным по правам коренных малочисленных народов Севера. Но старейшины сказали: «То, что начал Александр Степанович, должна его родная сестра завершить». И тогда я согласилась и вернулась на свою малую родину. Сразу же начала работу по дальнейшему развитию ТТП.

 

 На что направлен правовой режим территорий традиционного природопользования в Оленекском районе? Какие он возможности дает коренным малочисленным народам?

– Главная цель ТТП – это сохранение исконной среды обитания коренных малочисленных народов Севера. Защищается и гарантируется право вести традиционный образ жизни, традиционные виды хозяйствования.

Например, в нашем Оленекском районе есть несколько промышленных компаний, которые начали интенсивное промышленное освоение территорий. Так, «Алроса» реализует проект на Верхне-Мунском алмазном месторождении, на нескольких месторождениях работают «Алмазы Анабара», ООО «Востокинжиниринг» занимается проектом по освоению редкоземельных металлов на Томторском месторождении. И статус ТТП «Оленекская» дает основание, чтобы согласовать лицензионные участки, когда компании обращаются к нам.

Кроме того, если земельный участок относится к ТТП КМНС, то автоматически по республиканскому закону любая хозяйственная деятельность, любой промышленный проект должен пройти этнологическую экспертизу. Так, по Верхне-Мунскому месторождению (кстати, крупнейшее месторождение алмазов) этнологическая экспертиза была проведена, вследствие чего район получил компенсационные выплаты и отдельно за разработку Верхне-Мунского месторождения ежегодно «Алроса» перечисляет 100 миллионов рублей на  социально-экономическое развитие района.

Конечно, если правильно расставить все точки и акценты, с приходом промышленности у жителей Оленекского района появляются большие возможности и в то же время большие риски.

Конечно, если правильно расставить все точки и акценты, с приходом промышленности у жителей Оленекского района появляются большие возможности и в то же время большие риски.

Еще один аспект, который мы однозначно требуем от промышленников: вновь создаваемые промышленные компании по освоению недр нашей ТТП должны быть зарегистрированы в нашем районе. Так было и с ООО «Востокинжиниринг», налоговые отчисления которой идут в наш бюджет.

 

 Как вы оцениваете состояние нормативной базы, касающейся традиционного природопользования? На ваш взгляд, каких норм или положений не хватает в российском законодательстве в части реализации прав коренных малочисленных народов?

– Федеральные законы, которые касаются улучшения положения коренных малочисленных народов, были приняты в конце ХХ и начале ХХI веков. Но жизнь-то идет, другие законы меняются, дополняются, а наши в стадии стагнации, что приводит к формированию правовых пробелов и коллизий. Плюс некоторых понятий в законодательстве в принципе нет.

Например, это касается оленьих пастбищ. Такого термина нет ни в одном российском законе. А в ТТП нам нужно делать зонирование, выделять зоны абсолютного покоя, охотничьих угодий и оленьих пастбищ. А как мы их выделим, если такого понятия априори нет?

Некоторых понятий в законодательстве в принципе нет. Например, это касается оленьих пастбищ. Такого термина нет ни в одном российском законе.

С охотничьими угодьями тоже сложности. Они были сформированы у нас в конце девяностых, а после создания ТТП и ООПТ получилось так, что границы угодий наложились на эти территории. Из-за этого остро встает вопрос: а что же первично?  Несколько месяцев назад эту коллизию выявила прокурорская проверка, разбираться будет суд. Но родовые общины на этот 2022-2023 охотничий сезон лишились лицензии на отстрел дикого северного оленя. Запрет действует до 31 января следующего года, люди оказались в отчаянном положении, ведь охотой они обеспечивали себе выживание.

 

 На протяжении двух лет вы были Уполномоченным по правам коренных малочисленных народов в Республике Саха (Якутия). Часто ли к вам обращались с вопросами, касающимися традиционного природопользования?

– Да, как правило, эти обращения шли из районов, где либо начинается, либо уже идет освоение промышленных проектов. Там надо было проводить этнологические экспертизы, потому что, допустим, тот же крупнейший проект «Сила Сибири» проходит по исконным территориям проживания коренных малочисленных народов. Другие знаковые проекты тоже их затрагивают. И вот надо было проводить экспертизы, разбираться по каждому случаю.

Помню, мы вмешались в ситуацию с одной старательской артелью, которая намывала золото на ручье Волховском прямо в нескольких метрах от водозабора. Конечно, тогда мы вступились за граждан, но, насколько я знаю, до сих пор за этой артелью сохраняется участок и она продолжает нарушать право людей на чистую воду. Очень печально, когда такие случаи происходят, прямо руки опускаются.

Но чаще, конечно, удавалось добиться победы. Например, мы помогали людям, которых незаконно оштрафовали за охоту или за рыбалку.

 

 Какие главные задачи вы для себя ставите на посту главы администрации Оленекского района?

– В первую очередь мы должны стремиться к повышению качества жизни граждан. До 2012 года Оленекский район практически не имел благоустроенного жилья. Когда началась реализация нацпроекта по сносу ветхого и аварийного жилья, во всех наслегах стали возводить качественные и удобные для жизни дома.

Когда началась реализация нацпроекта по сносу ветхого и аварийного жилья, во всех наслегах стали возводить качественные и удобные для жизни дома.

В рамках нацпроекта мы строим двухэтажные дома на четыре или шесть квартир. Также в этом году мы начали возводить два трехэтажных каменных дома. Это для нас настоящая революция в строительстве.

Вторая наша ключевая задача – это обеспечение высокоскоростным интернетом. В 2019 году район заключил трехстороннее соглашение с республикой и «Ростелекомом», в рамках которого по линии муниципально-частного партнерства началась прокладка оптоволокна в селах Оленек и Харыялах. Через год, в 2021-м, высокоскоростной интернет пришел в село Жилинда, в этом году планируем охватить связью Эйик. Проект дорогостоящий, мы используем на его реализацию суммы, полученные в качестве дивидендов от «Алросы». Но это того стоит: с появлением высокоскоростного интернета у жителей района появляется много новых возможностей. Это и доступ к «Госуслугам», онлайн-образование, телемедицина, да и просто люди могут находиться всегда на связи с близкими.

Ну и, конечно, самая главная задача, которую я перед собой ставлю, – это сохранение традиционного уклада и традиционных видов хозяйствования: оленеводства, охотпромысла, рыболовства. Нашим оленеводам мы выплачиваем из местного бюджета субсидии на возмещение труда, зарплата оленевода составляет 50-80 тысяч рублей, полностью обеспечиваем питание, ГСМ во время нахождения в оленеводческом стаде. Чтобы поддержать охотников, сохранить поголовье оленей, защитить стойбища и поселки от хищников, за каждого убитого волка платим по 30 тысяч рублей, за детеныша – 15 тысяч. Эти меры призваны показать нашим оленеводам и охотникам, что район заинтересован в том, чтобы они продолжали заниматься традиционными видами деятельности, что это важно для всех.

Ну и, конечно, самая главная задача, которую я перед собой ставлю, – это сохранение традиционного уклада и традиционных видов хозяйствования: оленеводства, охотпромысла, рыболовства.

 

 Оленекский муниципальный район крупнее 71 субъекта РФ. Как вы управляетесь с такой территорией? До всех ли населенных пунктов можно оперативно добраться?

– Действительно, наша территория 318,1 тысячи квадратных километров – это 10,1% территории Якутии, самый большой район республики. Для сравнения, территория Польши – 312 679 квадратных километров, Италии – 301 340 квадратных километров. Из Якутска можно долететь на самолете за 2 часа 40 минут. В холодное время года действует автозимник, время в пути составляет около двух суток. Из Оленька в Харыялах зимой мы попадаем по льду, летом – на моторных лодках. Эйик – это наш самый отдаленный населенный пункт, который находится на юге района, до него полтора дня надо беспрерывно ехать на машине. Летом есть вертолет, на нем за два часа можно долететь до места. До Жилинды лететь час, а по зимнику – 12 часов, а иногда везет, и за 7-8 часов можно добраться. У нас в Якутии расстояния большие, это считается совсем близко, рядышком.

Наша территория 318,1 тысячи квадратных километров – это 10,1% территории Якутии, самый большой район республики. Для сравнения, территория Польши – 312 679 квадратных километров.

 

 А как с документами быть? Если нет времени ждать 7-8 часов, нужно срочно какую-нибудь справку отправить?

– Вот поэтому нам и нужен везде высокоскоростной интернет. Мы активно внедряем электронный документооборот, чтобы не возить оригиналы документов. До появления оптоволоконной связи мы пользовались интернетом со спутников.

 

 По вашим оценкам, сколько жителей района ведут традиционный образ жизни?

– Непосредственно на стойбищах у нас находятся 80-90 человек. Но если к ним добавить охотников, то получится около 80% от взрослого населения района. У нас на охоту ходят и женщины, все умеют с ружьем обращаться.

Оленекский район – эвенкийский. Эвенки составляют более 75% от общего числа жителей. Я и сама эвенкийка, родилась здесь и выросла.

 

 У вас необычное имя. Случается ли путаница с документами?

– Да, я не Елена, а Лена. Получилось так: моя мама, будучи беременной, полетела рожать в Якутск. Тогда прямого рейса не было, добираться нужно было вначале на самолете Ан-2 от Оленька до села Жиганск, это четыре часа, и потом столько же летел самолет до Якутска. На подлете к Жиганску у мамы начались схватки. Пилот посадил самолет, маму увезли в роддом Жиганска, где я и появилась на свет. А село это стоит на берегу прекрасной и удивительной реки Лены. В честь нее меня и назвали.

Сложностей с оформлением документов у меня не возникало, я всегда сразу предупреждала всех о своем имени.

 

 Есть ли у вас время и возможность готовить национальные блюда, слушать национальную музыку? Участвуете ли вы в национальных праздниках?

– Время, признаюсь, не всегда есть, но когда выпадает свободная минутка, то, конечно, я, как настоящая бабушка, готовлю наши национальные блюда, чтобы порадовать любимых внуков. И национальную музыку слушаю. Очень уж она мне нравится. И вообще, национальная культура для меня очень значима. С каждым годом я все больше чувствую потребность в ней.

Наш район проводит большую работу для популяризации эвенкийской культуры в республике. Например, в этом году к 100-летию Якутской АССР мы построили в Якутске национально-обрядовый этнокомплекс «Бакалдын» и передали в дар эвенкам Якутии.

Национальная культура для меня очень значима. С каждым годом я все больше чувствую потребность в ней.

 Построить такой объект мечтал еще мой брат Александр Степанович. Этнографический комплекс находится в очень красивом месте, на берегу реки Кенкеме. Когда мы проводили церемонию, к нам подходили эвенки, проживающие в Якутске, и говорили, как они рады, что у них теперь есть место, где они могут собираться и проводить обряды.

 

 А у вас в районе есть какое-то место, территория, где вы больше всего любите бывать?

– На самом деле весь Оленекский район для меня такое место силы. Это ведь моя родина. Когда я вернулась сюда из Якутска, то почувствовала прилив сил. Я часто езжу в местность Батыйалаах к родственникам. Там нет ни электричества, ни водопровода, ни интернета. Зато зимой есть подледная рыбалка, летом – ягоды и грибы. Я там отдыхаю душой.

 

«КМНСОЮЗ-NEWS»

Написать комментарий

двадцать − девятнадцать =

  • һ
  • ө
  • ҕ
  • ү
  • ҥ
  • ӫ
  • w
  • ӧ
  • ӄ
  • ԓ
  • ӈ
  • ʼ