Мотив сновидческого зазеркалья в романе Юрия Рытхэу «В зеркале забвения»

Мотив сновидческого зазеркалья в романе Юрия Рытхэу «В зеркале забвения»

В критике о литературе коренных малочисленных народов Крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока сложилось особое направление, которое можно назвать рьггхэуведением. Это положение подтверждается большим количеством статей и рецензий на основные художественные произведения чукотского писателя: «Люди нашего берега» (Р.Г. Таркер, М.Воскобойников, А.Тарасенков), «Время таяни снегов» (Б.Невская, И.Варламова, Ю.Шпрыгов, О.Онищенко, И.Соловьева), «Самые красивые корабли» (Ф.Светов, А.Пыльнев), «Сон в начале тумана» (М.Аксёнова, В.Тучин, И.Варламова, С.Петров) и «Иней на пороге» (Т.Резвова, М.Н.Пархоменко, К.Николаев, Ч.Гусейнов), «Метательниц гарпуна» (О.Зверев), «Белые снега» (В.Акимов, Т.Комиссарова, Г.Нурлиев, О.Онищенко) и др.

 

Истолкования романов Ю. Рьтгхэу в основном даны в рецензиях, критических статьях и монографиях (Колупаева М.В., Роговер Е.С., Шпрыгова В.П., А. Власенко). Жанровое своеобразие книг Рьггхэу рассмотрены в двух работах (В.Переверзин и А.Власенко). Диссертационные исследования о творчестве Ю. Рытхэу посвятили М. Зальцман, Шпрыгова В.П., Колупаева М.В.

 

С недавнего времени научные статьи по анализу как художественного мира, так и отдельных произведений чукотского писателя встречаются значительно больше. В научной электронной библиотеке “E-library”  с 2014 по 2022 гг. были опубликованы 27 статей в сборниках на такие темы, как «Традиции этнокультурного воспитания в творчестве Юрия Сергеевича Рытхэу»[1], «Время Юрия Рытхэу»[2], «Повесть Ю. Рытхэу «Когда киты уходят»: от мифа к сказке»[3] и мн. др. Данное наблюдение позволяет сделать вывод о том, что исследование творчества Юрия Рытхэу в настоящее время имеет особую актуальность в связи с повышением научного интереса к творческому наследию малочисленного народа Севера, в частности чукотского писателя.

 

Специальное научное исследование по рассматриваемому нами роману «В зеркале забвения» проводилось только Жулаевой А.С.[4][5] Стоит отметить, что исследовательница упоминает важную роль зеркальности в романе: «В зеркале забвения», кроме видимого и воображаемого, а также духовного, присутствует пространство сновидений и зазеркалья. Ощущается воплощенное желание автора возродить мифопоэтику»[6]. Это подчеркивает необходимость углубленного изучения семиотики зеркала в романе.

 

Роман «В зеркале забвения» был написан Рытхэу в годы временной эмиграции в Европу (Дания, Германия) в 90-е гг. ХХ в и рассказывает о попытках найти друг друга двойников из двух параллельных реальностей — Георгие Незнамове, бывшем литературном сотруднике районной газеты Колосово, и известном чукотском писателе Юрие Гэмо, живущем в Ленинграде.

 

Семиотика зеркала в романе в первую очередь находится на сюжетно-композиционном уровне в отношении двух героев в качестве сновидных, зазеркальных двойников. Характер их двойничества заключается в проживании жизни друг друга в своих сновидениях — Незнамов в роли Гэмо, а Гэмо в роли Незнамова, о параллельности мира которых осознается ими после обнаружений фактов отсутствия существования двойника в их времени и пространстве.

 

Мотив зеркала целиком пронизывет роман Рытхэу, о чем в первую очередь свидетельствует название «В зеркале забвения». Это метафорическое описание забвенной, забытой или неузнанной грани жизни — второй реальности, которая вспоминается ими во сне, наделяет семиотику зеркала в романе онейрическим мотивом. М. Ю. Лотман сближает мотив зазеркалья с ойнерическими мотивами на том основании, что «сон – это семиотическое зеркало, и каждый видит в нем отражение своего языка»[7].  Кроме того, зеркало у Лотмана выступает в качестве отражения другой действительности: «Однако зеркало может играть и другую роль: удваивая, оно искажает и этим обнажает то, что изображение, кажущееся «естественным», — проекция, несущая в себе определенный язык моделирования» [8].

В романе Рытхэу семиотика зеркала также выступает средством отображения другой параллельной реальности. Поэтому в этом отношении представление Лотмана раскрывает художественный мир произведения в том смысле, что они является проекциями иной им реальности. Принципу зеркального отражения следует отношение героев друг к другу, при котором сновидения служат зеркалом их жизней, что делает их зеркальными двойниками.

 

«Литературным адекватом мотива зеркала является тема двойника. Подобно тому как Зазеркалье — это странная модель обыденного мира, двойник — остраненное отражение персонажа.» [9]. Действительно, прямым отображением семиотики зеркала в романе служит роль двойничества героев, что определяет весь его сюжетно-композиционный ход.

 

Как отмечают ученые тартуской школы, зеркало является механизмом организации картины мира, системой противопоставленных пространств, границей между «нашим» и «чужим» мирами, что соотносится с художественным миром романа, а также может являться средством изображения двойника в параллельном мире.

 

Семиотика зеркала в этом отношении устанавливает всю художественную организацию произведения, начиная от названия, заканчивая деталью и символами, наполняющие смысловое содержание текста. Когда Гэмо видит, как слепой сосед по комнате бреется каждое утро перед зеркалом, он думает: «если он себя не видит и может бриться в темноте, зачем ему зеркало? Но потом догадался: бритвенные принадлежности Самцова лежали на полочке перед зеркалом» [10]. Этот эпизод показателен тем, что он раскрывает отношение героя к интересующему ему предмету, как неотъемлемой части повседневнего быта, которая в некоторой степени отражает не только облик смотрящегося, но и его внутреннее отношение с самим собой. В этом смысле семиотика зеркала выполняет по М.М. Бахтину гносеологическую функцию как способ самопознания героя через свое отражение. Данная функция семиотики зеркала присутствует также здесь: «Незнамов поднялся по широкой лестнице на четвертый этаж, минуя входы в книжный магазин, расположенные на первом и втором этажах. Он увидел в мутном стенном зеркале себя, седовласого, степенного мужчину в добротном костюме, белой, без галстука, рубашке.» [11]. Непримечательный, невзрачный газетный работник Незнамов в поисках лучшей и интересной версии себя – талантливого, успешного и «экзотического» в русскоязычной литературе чукотского двойника из снов на миг преображается и в духовном, и физическом смысле, о чем подтверждает его отражение в зеркале. Поэтому зеркало в данном контексте также служит средством самопознания и самообъективации.

 

Семиотика зеркала в романе обладает также магическим свойством отделения «он» от «я» – тела от души, открытия потустороннего мира, устанавливающего симметрию между «здесь» и «там»: «Как-то тревожно и странно, вроде того ощущения, когда очень долго смотришь в зеркало и вдруг в какое-то мгновение чувствуешь себя отрешенным от собственной сущности.» [12]. А. Вулис пишет: «С древнейших времен зеркало мыслится как нечто противоречивое, связанное с древними представлениями о границе между мирами и магической связи отражения и отражаемого»[13]. Поэтому ощущение Гэмо отрешенным от своего тела связано с двойственностью его жизни и существованием зазеркальной реальности.

 

Еще одно важное свойство зеркала выражается в ощущении стыда, отвращения при взгляде на собственное отражение в том случае, если человек чувствует себя виноватым, неправым, или униженным оттого, что поступил вопреки своим моральным принципам. Отражение в зеркале в этом случае выступает для смотрящегося в роли разоблачителя, обнажающего его настоящее лицо и истинные мысли насчет себя. Зеркало выступает нравственным мерилом для обоих героев. Когда Гэмо приходит домой после очередного отказа в публикации, что означает отсутствие денег и невозможность прокормить семью, он не может смотреть на себя в зеркале из-за стыда от чувства собственной никчемности: «Гэмо медленно поднялся на самый верх, стараясь не глядеть на свое отражение в огромных, мутных зеркалах: ему было жгуче стыдно за утренний разговор с женой. Она никогда ни в чем не упрекала его, даже когда он приезжал домой далеко за полночь не совсем трезвый» [14]. То же самое давление совести ощущает Незнамов: «Интересно, сумеет ли он, грубо говоря, переспать с проституткой? От этой мысли ему стало жарко, и от стыда он даже не мог смотреть на себя в зеркало во время утреннего бритья.» [15]. Поэтому зеркало в романе имеет функцию отображения психологического состояния героев – раскрытия внутренней самооценки.

 

Таким образом, зеркало в романе Юрия Рытхэу «В зеркале забвения» выступает важнейшим семиотическим объектом и содержит в себе ряд ключевых функций, как композионно-организующая, гносеологическая, психологическая, а также представляет древнейшие культурные мотивы, как двойничество, онейрический, магический мотивы.

 

А.В. Евсеева

Северо-Восточный федеральный университет им. М. К. Аммосова, г. Якутск, Россия

alicevseeva@mail.ru

 

[1] Матвеева, Н. А. Традиции этнокультурного воспитания в творчестве Юрия Сергеевича Рытхэу // Интеграция науки, образования, общества, производства и экономики : Сборник статей по материалам международной научно-практической конференции, Уфа, 04 февраля 2020 года. – Уфа: Общество с ограниченной ответственностью «Научно-издательский центр «Вестник науки», 2020. – С. 256-263.

[2] Кочнева, С. Р. Время Юрия Рытхэу / С. Р. Кочнева // Культура и наука Дальнего Востока. – 2020. – № 1(28). – С. 35-39.

[3] Хазанкович, Ю. Г. Повесть Ю. Рытхэу «Когда киты уходят»: от мифа к сказке / Ю. Г. Хазанкович // Северо-Восточный гуманитарный вестник. – 2019. – № 3(28). – С. 107-117.

[4] Жулева, А. С. Феноменология личности в романе Юрия Рытхэу «В зеркале забвения» / А. С. Жулева // Литературное зарубежье: Лица. Книги. Проблемы. Том Выпуск 7-8. – Москва : Институт мировой литературы им. A.M. Горького Российской академии наук, 2015. – С. 317-339.

[5] Жулева, А. С. Мифопоэтика пространства в романах Юрия Рытхеу / А. С. Жулева // Studia Litterarum. – 2018. – Т. 3, № 3. – С. 208-231.

[6] Там же  – С. 226

[7] Лотман Ю. М. Сон – семиотическое окно // Лотман Ю. М. Семиосфера. СПб.: Искусство-СПб, 2001. С. 123.

[8] Лотман Ю.М. Статьи по семиотике культуры и искусства (Серия «Мир искусств»). – СПб.: Академический проект, 2002. – C. 373.

[9] Там же – C. 373.

[10] Рытхэу Ю. В зеркале забвения. СПб: Звезда, 2001. — С. 18.

[11] Там же — С. 36.

[12] Там же — С. 59.

[13] Вулис А. З. Литературные зеркала. М.: Сов. писатель, 1991. — С. 324 с.

[14] Рытхэу Ю. В зеркале забвения. — С. 69.

[15] Там же — С. 209.

Написать комментарий

четырнадцать + 19 =

  • һ
  • ө
  • ҕ
  • ү
  • ҥ
  • ӫ
  • w
  • ӧ
  • ӄ
  • ԓ
  • ӈ
  • ʼ